Стать сторонником Помочь
Наша работа
Устойчивое лесопользование
Образовательная деятельность
Редкие виды
Регионы
ВЫ МОЖЕТЕ ПОМОЧЬ ПРЯМО СЕЙЧАС!
Премия рунета 2017
Премия рунета 2017

Простые ответы на сложные вопросы по климату

В последние десятилетия изучение климатической системы стало сочетанием нескольких весьма сложных тем. Данные о прошлых изменениях климата дают геохимические и биохимические экспериментальные исследования, включая экспедиции во все уголки земного шара и даже на дно океанов. Здесь активно развиваются изотопные методы, дающие новую и удивительно точную информацию, например, о том, как в последние 3000 лет менялась температура Северной Атлантики.

Нынешние изменения – объект измерений, причем далеко не только на метеостанциях. Толща океана и стратосфера дают принципиально важную информацию. Тепло глобального потепления уходит в океан, а стратосфера охлаждается из-за более «толстой» парниковой пленки. Источники поступления в атмосферу парниковых газов – также предмет исследований, как и их поглощение океаном и наземными экосистемами. В то же время, прогноз погоды – не тема климатологов, этим занимаются метеорологи, синоптики и модельеры, работающие в масштабе времени от часа до пары недель, климат же – «набор погоды» за достаточно длительное время, от 10 лет и более.

Прогнозы климата – расчеты по очень сложным моделям планетарной циркуляции атмосферы и океана. Их в мире примерно 30, и все они объединены в глобальный проект, что позволяет сравнивать результаты и выявлять более мелкие детали. Очень важно, что модели уже хорошо воспроизводят то, что произошло в последние десятилетия, то есть наложение антропогенного влияния на естественные процессы. Поэтому климатологами могут называть себя и биохимики, и физики, и математики, занимающиеся той или иной климатической проблемой.

Еще одна тема – образование и просвещение. Проблема климата стала столь сложной и многоплановой, что тут нужны люди, профессионально компонующие «прошлое, настоящее и будущее» и излагающие всю картину научно-строгим, но простым языком.

Подробнее в лекции "Весь мир и Россия: тренды и прогнозы". Более подробная информация о широком спектре климатических тем, ссылки на российские и международные обзорные доклады, на материалы Росгидромета для широкой аудитории

Консенсус, конечно, есть. Зайдите на сайт Росгидромета, выберите раздел «Продукция» и далее «Климатическая продукция» и посмотрите на доклады. Точнее на списки их авторов. Если речь идет о докладах об изменении климата за прошлый год, то там представлены все институты Росгидромета. Если посмотреть обзорные, «Оценочные», доклады, выходящие раз в 7-8 лет, то их представляют все профильные институты РАН и Росгидромета, все профильные академики. Это их общее мнение о состоянии научных знаний. Та же ситуация и в мире в целом. Есть Всемирная метеорологическая организация, есть Межправительственная группа экспертов по изменению климата. Их доклады – консенсусное мнение ученых из всех стран.

Другое дело, консенсус между кем и в чем. Это всегда консенсус между профессионалами. По физике и химии процессов в атмосфере и океане между специалистами в данной области есть консенсус. Демографы и энергетики и даже биологи и географы могут быть с этим не согласны, но они просто не работают в данной области, часто не видят «за деревьями» своих проблем «леса», общей картины в иной сфере научных знаний.

В чем консенсус? В базовых вещах, причем выраженных в очень корректных и выверенных выражениях. Как только от них сильно отклоняются, ведь нередко СМИ превращают климат в «страшилку», тут же и климатологи и просто люди, разбирающиеся в предмете, возражают. А это создает иллюзию разных мнений. Тем более, что СМИ очень любят разногласия и «столкновения», для них «типично» на равных подойти к словам климатолога, экономиста и политика о физических процессах, например, в океане, хотя два последних могли видеть океан только в кино и из иллюминатора самолета.

Разные мнения, конечно, есть, но на уровне деталей, а не на уровне базовых понятий, а их можно свести к пяти очень коротким фразам. Глобальное потепление есть, проявляется во всех компонентах климатической системы Земли и усиливается; изменение климата в последние полвека не может быть объяснено только естественными причинами; оно успешно объясняется учетом антропогенных воздействий на фоне действия естественных факторов; главный антропогенный эффект – усиление парникового эффекта выбросами в атмосферу СО2, поступающими от сжигания угля, газа и нефтепродуктов; в XXI веке антропогенное воздействие продолжится и усилится. Вот в этом полный консенсус, и далее из него можно делать разные выводы, особенно когда дело касается экономики, но «физическая база» совершенно определенна.

Естественные причины – главный фактор, если говорить про отдельные годы или короткие периоды времени. Все естественные факторы работают в прошлом, настоящем и будущем. Сейчас на них накладывается антропогенное воздействие, которое доминирует при осреднении эффектов за 50–100 и более лет. Подробнее в лекции.

Все три названия в принципе приложимы к текущей ситуации, но использовать то или другое лучше в зависимости от контекста. Когда говорится о долгосрочном влиянии человека на климатическую систему Земли, то разумно сказать «глобальное потепление». Это одновременное и длительное – десятки и даже сотни лет – повышение температуры всех океанов, а ведь именно Мировой океан по энергетике процессов – главная, даже доминирующая составляющая климатической системы. Если бы этого эффекта не было, если бы все наблюдения ограничивались атмосферой, то вряд ли можно было бы столь определенно говорить о глобальном потеплении.

Если говорить о месте, где вы живете, о том, что там с погодой нового, то лучше сказать «изменение климата». Средняя температура океана или атмосферы на планете в целом мало характеризует вашу личную ситуацию. «Ваш» климат стал более неустойчивым, сдвиги вы, вероятно, тоже замечаете: раньше наступает весна или позже холода, но больше «раскачка» – то жарко, то холодно. Доклады Росгидромета однозначно показывают, что размах аномалий достигает 20 градусов, а среднее потепление за последние 50 лет в России – только 2,5 градуса. Зато увеличилось число и сила опасных метеорологических явлений –сильных осадков, наводнений, штормов, метелей, случаев чрезвычайной пожарной опасности лесов – всего, что связано с «воздухом и водой», кроме цунами, у них иная причина.

Если же взять какое-либо место, особенно уязвимое к изменениям климата, то уместно говорить о климатическом кризисе. Многие малые островные государства находятся в сильном кризисе: шторма и повышение уровня океана практически не оставляют им шансов на существование, некоторым уже в XXI веке. По прогнозам, засушливые территории станут еще засушливее, причем этот тренд уже виден. Как там вести сельское хозяйство, смогут ли с этим справиться слабые и бедные страны, ведь фактически они уже перед лицом климатического кризиса? Чтобы его предотвратить, мировой экономике надо быстро переходить на зеленые источники энергии без выбросов парниковых газов. Однако крупнейшие страны не спешат это делать, хотя многие из них уже заявляют о намерениях радикального снижения выбросов. Пока же в ООН мы видим кризис отношений между массой слабых и уязвимых стран и крупнейшими странами. Ведь судьба первых в основном зависит от вторых. У нас же «глобальное изменение климата» – наверное, так точнее всего можно обрисовать нынешнюю ситуацию.

Подробнее в лекции Изменения климата в мире и в России. Глобальное потепление. Климатический кризис для наиболее уязвимых и слабых стран. Кризис в нынешнем и будущем выполнении Парижского климатического соглашения ООН.

Погода – это то, что вы видите в конкретный день, а климат – набор всех погод за длительное время, как минимум за 10 лет. Образно говоря, погода – то, что на вас надето сегодня, а климат – набор всей одежды вашего шкафа. Потепление климата означает, что вы чаще надеваете футболки и рубашки с коротким рукавом, реже носите шубу. Однако совсем отказаться от шубы нельзя: пусть гораздо реже, но сильные холода будут.

Есть и другое влияние нынешнего изменения климата на погоду – она становится более неустойчивой. Бросает из «жары в холод», а осадки выпадают более неравномерно – «то густо, то пусто». При этом такая чехарда наблюдается постоянно, поэтому и говорят, что климат стал «нервным».

Когда специалисты по физике атмосферы и океана говорят об изменениях климата, они имеют в виду длительные периоды. Например, сравнивают 1961–1990 годы с 2010-ми или 1990-е с периодом с 2041 по 2060 год. Под концом века тоже понимается не 2100-й год, а 2090-е или же последние 20 лет XXI века. Соответственно и вывод об антропогенном воздействии как главном факторе современного изменения климата применим не к погоде, а к периодам от 50 лет и более, а действие естественных факторов определяет ситуацию в отдельные годы. Погоду в конкретный день делают естественные процессы, но уже не сами по себе, а под влиянием долгосрочных процессов глобального потепления – антропогенного воздействия на климатическую систему Земли.

Подробнее в лекции Изменения климата: антропогенные воздействия. Разные временные масштабы – разные главные факторы изменений, сочетание краткосрочных и долгосрочных трендов, резюме ситуации XX–XXI веков

Доказано. Рост концентраций в атмосфере парниковых газов – СО2 и метана – происходит из-за человека, на это однозначно указывает изотопный анализ. Появились и созданные химической промышленностью новые парниковые газы, их роль не велика, но есть. Сейчас человек усиливает парниковый эффект примерно на 5%, за счет этого прогрев нижнего слоя атмосферы равен примерно 1,50С. Сам же парниковый эффект атмосферы Земли – хорошо изученное физическое явление, поэтому нет сомнения в том, «кто виноват».

Также нет сомнений, что именно человек загрязнил атмосферу окислами серы и азота, различными аэрозольными частицами – во всяком случае, при нынешней относительно небольшой вулканической активности. Это другой антропогенный эффект, он приводит к охлаждению примерно на 0,50С. Есть и более мелкие эффекты: эмиссии сажи, изменение отражающей способности планеты из-за вырубки лесов, следы от реактивных самолетов и т. п. В сумме мы видим антропогенное глобальное потепление несколько больше, чем на 10С. Важно, что все эти факторы действуют постоянно и по нарастающей. В этом главное отличие от действия Солнца или океанских вариаций, которые колеблются то в тепло, то в холод, поэтому в среднем за 50 и более лет человек – главный виновник глобального потепления. При этом кардинально изменить климатическую систему, превратить Землю в Венеру или Марс, он не может (если, конечно, не брать в расчет термоядерные войны) – слишком велик Мировой океан. Но может сдвинуть и раскачать самое легкое и подвижное звено климатической системы – атмосферу. Что мы и видим: в целом температуры растут, но ущерб в основном происходит от раскачки – «нервного» климата со все большим числом опасных метеорологических явлений.

Подробнее в лекции Изменения климата: антропогенные воздействия Соотношение естественных и антропогенных факторов.

Прежде всего тем, что эти изменения происходят сейчас! Нынешние масштабы не столь велики, если их сравнивать с тем, что было 50-100 и более миллионов лет. В прошлые эпохи, во времена динозавров, бывало теплее почти на 10 градусов, а сейчас речь идет о 2–5. Отпечатки тропических растений в Арктике не должны удивлять. Было на 10 градусов теплее, при этом те же кусочки суши, современные Гренландия или Земля Франца Иосифа, из-за движения континентов располагались гораздо южнее. Естественный парниковый эффект составляет 33 градуса, а человек усилил его всего примерно на 5%. Во времена Петра Первого в Европе было довольно холодно, что объясняется сочетанием вариаций океанских течений и солнечной активности.

Скорость изменений тоже бывала и больше. Гигантские извержения вулканов не раз приводили к быстрым, но как правило, краткосрочным похолоданиям. Это приводило даже к массовой гибели людей из-за неурожаев и болезней, становилось немаловажным фактором ослабления и распада государств. Например, Персии и в Византии в VI веке, после череды сильных извержений 536, 540 и 547 годов совпавших с солнечным минимумом. Сейчас в эпоху глобализации гибель людям не грозит, им всегда придут на помощь, даже если их остров уйдет под воду из-за повышения уровня Мирового океана, вызванного глобальным потеплением. Все было в прошлом, но мы живем сейчас, и мы влияем – вызываем нынешние изменения. Климатологи едины во мнении, что в прошлые 50 лет и в XXI веке в целом человек – главный фактор изменения климата. В масштабе отдельных лет и даже десятилетий Солнце, вулканы и изменения океанских течений более сильны. Но они – то в плюс, то в минус, а если усреднить изменения за 50 и более лет, то главную роль играет человек. Поэтому еще одно отличие от прошлых столетий – мы можем повлиять, снизить выбросы парниковых газов и удержать изменения климата в более-менее удовлетворительных рамках, избежать очень большого ущерба, сохранить почти все экосистемы и места жизни людей.

Подробнее в лекции Изменения климата: антропогенные воздействия История изучения и соотношение естественных и антропогенных факторов изменения климата. Раздел 12. Парижское соглашение. Как снизить глобальные выбросы парниковых газов?

Сначала усиление человеком парникового эффекта и его следствие, глобальное потепление, было открыто «на кончике пера» – без измерений. В 1896 году шведский ученый Сванте Аррениус с помощью расчетов показал, что вызванное сжиганием угля увеличение концентрации СО2, например, в 2 раза, приведет к росту температуры нижнего слоя атмосферы на несколько градусов. При этом он полагал, что человечеству для этого понадобятся тысячи лет. Однако в 1930-х годах Гай Каллендер с помощью измерений показал, что концентрация СО2 уже растет. С конца 1940-х измерения стали проводиться в разных местах и было получено, что это глобальное явление, а не эффект, вызванный близостью станции к вулкану или крупному городу. В 1960-е годы были сделаны более детальные расчеты и показано, что при удвоении концентрации СО2 глобальное потепление составит ~20С, что вполне отвечает наблюдаемому тренду. Выдающуюся роль имели работы академика Михаила Ивановича Будыко, который в 1972 году издал книгу «Влияние человека на климат», где дал прогноз на 100 лет. Рассчитанная им динамика потепления, вызванного сжиганием ископаемого топлива и соответствующим ростом концентрации СО2, оказалась весьма точной. На 2020 год – 1,20С от уровня 1900–1950 гг. Прогноз был совершенно неожиданным, ведь тогда шло глобальное похолодание, вызванное океанскими вариациями. Кстати, на 2070 год расчеты Будыко дают 2,50С.

С 1980-х годов по всему миру начались комплексные наблюдения за температурой и другими климатическими параметрами, причем не только в атмосфере, но и в океане. Были сделаны многочисленные измерения температуры воды, во всех океанах и на разных глубинах, на многие сотни и даже тысячи метров. В итоге к 2010-м годам был накоплены массивы данных, однозначно говорящие, что в последние десятилетия теплосодержание Мирового океана растет, а это и есть глобальное потепление, так как именно океан по количеству энергии –доминирующая часть климатической системы Земли. Одновременно с помощью изотопного анализа было доказано, что на 80–90% концентрация СО2 в атмосфере растет из-за сжигания ископаемого топлива. При этом высотные наблюдения показали – стратосфера охлаждается, что явилось еще одним важным подтверждением главной роли более толстой парниковой «пленки» между нижней и верхней атмосферой.

В этих работах принимали участие тысячи ученых, а Межправительственная группа экспертов по изменению климата (МГЭИК) каждые 7 лет готовила всеобъемлющие обзорные научные доклады, сводящие всю информацию воедино. Именно так, общими усилиями, удалось открыть глобальное потепление. Впрочем, еще 50 лет назад базовой информации было достаточно, чтобы задуматься о коллективных действиях. В 1979 году в Женеве состоялась Первая Всемирная конференция по климату, где известный полярник и ученый Евгений Константинович Федоров прямо предупреждал мировое сообщество о грядущих антропогенных изменениях климата, говорил о необходимости общей стратегии совместных действий, чтобы избежать негативных последствий.

Подробнее в лекции Изменения климата: антропогенные воздействия История открытия и изучения изменений климата. 4.1. Глобальное потепление последних 30–40 лет – экспериментальный факт. 4.7. Что греет, а что охлаждает нижние слои атмосферы?

Воздействие человека на климатическую систему Земли – процесс сугубо глобальный, поэтому метод моделирования фактически один. Строится гигантская и очень сложная модельная сфера. По меридианам и параллелям формируется достаточно частая модельная сетка, причем многослойная. Вверх – слои атмосферы, вниз – слои Мирового океана и суши, почвы и льдов. Дальше в каждом узле сетки решаются физические уравнения движения, рассчитывается перенос тепла, влаги и импульса, описывается испарение и конденсация влаги и многое другое. Моделируются все процессы физики атмосферы и океана, а в качестве внешних параметров задаются потоки парниковых газов и аэрозольных частиц, различные воздействия со стороны Солнца, вулканов и т. п.

Модели отличаются теми или иными физическими особенностями, например, способом описания процессов формирования и движения облаков, различной детализацией океанских процессов. Они требуют огромных компьютерных ресурсов, поэтому глобальных моделей немного – около 30. У них единое общее название – модели общей циркуляции атмосферы и океана, есть и долгосрочный международный проект взаимного сравнения модельных результатов. Опыт показал, что в целом модели дают сходные глобальные результаты. Важно подчеркнуть, что они используют всю доступную информацию о физически происходящих процессах в атмосфере и океане – от стратосферы до больших глубин, далеко не только температуру и другие параметры, измеряемые на метеостанциях. Также важно, что модели успешно моделируют прошлое, в частности, то, что происходило в последние 50 лет. Показывают, что только «вброс» антропогенного влияния, прежде всего, выбросов СО2, позволяет описать реальную картину.

Гораздо больше различий между моделями возникает, когда в глобальную сферу начинают «вкладывать» региональные модели, которые имеют более высокое пространственное разрешение и позволяют прорисовать детали местных проявлений глобального изменения климата. В России глобальная модель имеется в Институте вычислительной математики РАН, а вкладываемая в нее региональная модель северной Евразии – в Главной геофизической обсерватории им. А.И. Воейкова. Модели – это «живой» и постоянно совершенствующийся инструмент науки, чем больше появляется знаний по физике и химии атмосферы и океана, тем совершеннее становятся модели, тем точнее они способны описать происходящее и дать прогноз на будущее.

Вместе с тем, надо понимать, что естественную изменчивость – вариабельность климата – модели не описывают, а от нее сильно зависит ситуация в конкретный год или даже в десятилетие. Поэтому прогнозы даются как минимум на десятилетие, причем в терминах вероятности тех или иных изменений или явлений. Более подробно процесс моделирования описывается на сайте Климатического центра Росгидромета (ссылки см. в Разделах 10 и 11 Лекций).

Подробнее в лекции Весь мир и Россия: тренды и прогнозы Глобальные модельные прогнозы температуры и осадков. Разделы 10 и 11. Прогнозы для России для Арктики. Разделы 13-18. Прогнозы для отдельных регионов России.

МГЭИК – это Межправительственная группа экспертов по изменению климата (Intergovernmental Panel on Climate Change – IPCC), которая была образована совместно Всемирной метеорологической организацией и Программой ООН по окружающей среде – ЮНЕП. Ей поручено делать обзоры рецензируемой научной литературы и предоставлять информацию о состоянии знаний об изменении климата. Слова «рецензируемой», «научной» – ключевые: эксперты МГЭИК рассматривают только статьи в профильных научных журналах. Даже доклады ООН или WWF не берутся во внимание, тем более статьи в СМИ и заявления политиков.

МГЭИК – научная группа: она не требует снижать выбросы и требовать не может. Роль науки – изучать и информировать. Конечно, ученый, как любой гражданин, требовать может, но данная организация здесь не при чем. В СМИ нередко путают научные выводы всей группы и личные заявления отдельных авторов ее докладов.

Кстати, у истоков создания МГЭИК стоял наш академик Юрий Израэль, который стал ее вице-председателем, а теперь уже более 30 лет российские ученые неизменно оказываются среди ведущих авторов всех докладов группы.

В состав МГЭИК входят только ученые, причем по профильным дисциплинам. В группу нельзя войти по направлению своего правительства, нужно быть ученым с большим научным багажом статей, причем строго по профилю. Работа МГЭИК идет по трем группам. Первая работает над физическими основами изменений климата, там большая часть ученых – специалисты по физике атмосферы и океана; вторая – над откликом природы в самом широком смысле слова и вопросами адаптации: это биологи, географы, медики и многие другие; третья группа – экономисты, энергетики, разработчики различных технологий – изучает возможности снижения выбросов парниковых газов и смежные с этим проблемы.

Как раз из-за выводов третьей группы чаще всего возникает путаница в СМИ, заявления типа «ученые требуют». Группа строит сценарии и отвечает на вопросы, в частности, о том, что надо бы сделать, чтобы ограничить глобальное потепление на том или ином уровне. Но это не требования и даже не рекомендации, а меню – список возможных действий для принятия решений.

Подробнее в лекции Изменения климата. Антропогенные факторы. Глобальное потепление: большой вклад отечественной науки.

Здесь главное слово «наука». Если человек уверен, что вся наука, даже физика атмосферы и океана, куплена политиками, то с ним говорить очень сложно. Хорошо, если получится начать так: мой близкий друг (брат, отец, муж,..) ученый-физик (климатолог, океанолог,..), у них иная жизнь, для этих людей главное – научная репутация, без нее не будет ни исследовательских грантов, ни уважения коллег. А политики и олигархи платят не ученым, а политтехнологам. Науке о физических основах изменений климата доверять можно. Это как бы вступление, после которого можно перейти к фактам.

Следующая ваша фраза: давайте взглянем на изменения климата на уровне физики, на измерения. При этом лучше начать с чего-либо очень наглядного. Если скептик видит жару, то согласен с потеплением, а в холод не согласен. Поэтому сначала надо показать наглядные измерения – роста температуры и опасных явлений. Сейчас даже закоренелые скептики не решаются отрицать, что это есть.

Дальше самое сложное – доказать роль человека. Тут проблема в том, что невооруженным взглядом доказательства нельзя увидеть в принципе. Надо сказать три вещи. Мы с вами (именно так – мы, а не вы) не можем видеть, как одновременно греются все океаны, как изменился изотопных состав атомов углерода в атмосферном СО2, как стала холоднее верхняя атмосфера (над парниковой «пленкой»). Главный момент: «это факты, это физическая наука, не политика, тут нет «денег». И, конечно, вы должны показать все три факта наглядно и со ссылками на научные доклады, если это уместно. Но ни в коем случае не со ссылками на СМИ, иначе вам в ответ приведут массу «выдумок» из СМИ. СМИ никак нельзя считать источником информации, только научные труды.

Скорее всего, вы не сразу развеете скептицизм. Поэтому лучше завершить чем-то эмоциональным и одновременно побуждающим что-то делать. Например: «Рост лесных пожаров – это факт, и не столь важно, в какой степени он вызван изменениями климата. Важно то, что пустить эту проблему на самотек нельзя, нужно принимать меры». Или: «Молодым и здоровым людям волны жары не страшны, но о престарелых и больных думать надо, и медицина должна быть к этому готова, ведь изменение климата – не COVID, оно не закончится».

Подробнее в лекции Изменения климата: антропогенные воздействия Глобальное потепление: большой вклад отечественной науки. Раздел 6. Соотношение естественных и антропогенных факторов изменения климата.

Действительно, те, кто раньше изучал климат различных природных зон, сейчас нередко весьма скептически смотрят на причины и прогнозы изменений климата. Географы старшего поколения привыкли иметь дело с описательной наукой «Географией», где все можно посмотреть «своими глазами» и пощупать «своими руками». Сейчас же климатологи, как правило, с базовым образованием по физике атмосферы и океана, предлагают им выводы, сделанные на основании сложного физического и химического анализа. Нельзя увидеть, как прогреваются все океаны, нельзя увидеть изотопный состав атомов углерода и других химических элементов, температуру стратосферы и многое другое. В прошлом география детально описывала климат разных природных зон, морской и континентальный климат разных районов. Теперь на первый план вышло иное измерение – «нервность» климата – менее или более неустойчивый климат. Главным объектом изучения становится рост опасных метеорологических явлений, причем выраженный в математических терминах вероятности.

На смену описанию Земли пришло сложное междисциплинарное изучение климатической системы, где «классическим» географам как бы нет места. Неудивительно, что это встречает негативную реакцию, попытки найти изъяны в системе аргументации об антропогенном воздействии на климатическую систему, очень критически взглянуть на «чужую» науку. Есть и другие причины скептицизма. Нередко в СМИ мы видим климатические «страшилки», далекие от науки. Географы и любые более-менее сведущие люди понимают: это не так, а раз это не так, то и на всю климатическую тему надо взирать с сомнением. Еще один фактор – непривычное, вероятностное описание результатов. Само слово «вероятность» можно понимать по-разному. Для физиков и математиков «вероятно» означает, что уже есть численные расчеты и понятно, что это самый вероятный вариант. А для обывателя «вероятно» – значит еще не определено, значит еще не известно. В целом люди все лучше понимают суть явлений, но одновременно лучше понимают, что описание вероятностное, что есть немалые диапазоны неопределенности. Это порождает иной вид «скептицизма»: «а вдруг реализуется вариант с 20%-ной вероятностью, а не наиболее вероятный – с 80%? А вдруг «пронесет»? А давайте дождемся». Этому подвержены многие, и не только «старая гвардия» географов, но и многие политики и бизнесмены.

Естественные причины – главный фактор, если говорить про отдельные годы или короткие периоды времени. Все естественные факторы работают в прошлом, настоящем и будущем. Сейчас на них накладывается антропогенное воздействие, которое доминирует при осреднении эффектов за 50–100 и более лет. Подробнее в лекции.

Изменение климата – совсем иное дело, чем математика или химия. Действительно, мало кому в жизни нужно будет знать, что такое интеграл или чем соляная кислота отличается от серной. Однако знать свое будущее полезно каждому: хотя бы малую, но важную часть будущего – климат, в котором предстоит жить, то, чем он будет отличаться от нынешнего. Базовые знания сути изменений климата нужны не для работы, а для жизни.

Нужно понимать, что климат будет постепенно теплеть, но главные проблемы будут связаны с более сильными и частыми опасными метеорологическими явлениями. Не какими-то новыми и экзотическими, а типичными для вашей местности, наводнениями или засухами, ураганными ветрами или сильными снегопадами. Они, как и вся погода, станут более «нервными», с резкими перепадами из «жары» в «холод» и обратно. Нужно понимать, что это результат нашего толчка по климатической системе Земли (сдвигаем не много, а раскачиваем сильно), что это всерьез и надолго, что надо как привыкать к новым условиям – адаптироваться, так и ослаблять наше воздействие – снижать выбросы парниковых газов.

Для климатологов все это столь же очевидно, как то, что Земля вращается вокруг Солнца. А ведь 500 лет назад преследовали ученых, которые сказали об этом первыми, Галилео Галилея и других! Не удивительно, что сейчас многим так сложно признать роль человека в изменении климата. Базовые знания об изменении климата – уже неотъемлемый элемент культуры, такой же, как знания о том, в каком веке жил Пушкин и где находится Африка.